sozero (sozero) wrote,
sozero
sozero

Category:

Властям РФ не нужна и невыгодна борьба с бедностью, им нужны «люди на макарошках»

Профессор НИУ «Высшая Школа Экономики» (ВШЭ), журналист, ведущий радиостанции «Радио Свобода» Сергей Медведев, комментируя последний эфир своей программы «Археология» от 11 сентября, когда к нему в студию говорить о том, почему растет бедность в России, пришли экономисты Евгений Гонтмахер и Александра Суслина, признал, что получился «страшноватый разговор».


«Я понял для себя важную вещь: государству НЕ НУЖНА и просто НЕВЫГОДНА борьба с бедностью. Главное, чтобы макроэкономические показатели были в порядке, профицит бюджета, резервы, стабильность рубля, доходность растет в корпоративном секторе, госкорпорации получают новые заказы: Арктика, вооружения, нефть. А десятки миллионов людей это просто балласт, они социально и политически неопасны, им просто не повезло.

Опасны люди благополучные — чем выше по пирамиде Маслоу тем больше политический запрос, человек начинает ходить на спектакли Серебренникова и проспект Сахарова. Поэтому государству политически невыгоден рост благосостояния: поскольку после 2014-го мы перешли от экономики потребления к экономике выживания, социальную стабильность обеспечивают «люди на макарошках».

Свой пост профессор НИУ ВШЭ так и озаглавил «ЛЮДИ НА МАКАРОШКАХ», приведя выдержки из программы «Археология».

«Митя Алешковский: Знаете, какое блюдо является сейчас основным в рационе питания людей, которые живут за чертой бедности? Это не хлеб, а самые дешевые макароны, рожки самого низкого качества, и люди покупают их на вес, чтобы хватило на месяц. Это, конечно, не сравнить с блокадой, когда ели кошек и собак, но это можно сравнить с голодом. Люди живут в покосившихся избах, в ужасающих, антисанитарных условиях, отапливаются дровами. Большинство денег уходит на коммуналку и лекарства, и остается несколько тысяч рублей, чтобы на них купить вот эти самые чертовы рожки. Очень многие люди, живущие за чертой бедности в России, живут не в лучших условиях, чем, скажем, люди, которые живут в Сомали в лагере беженцев, где я был, или на Гаити.

Нет ни одной государственной службы, которая поддержит, поможет, по-человечески поговорит, замотивирует человека, поможет ему найти работу, бросить пить. Государственная служба приходит и говорит: «У тебя пожароопасная ситуация, ты не работаешь, пьешь, и если ты за два месяца не сделаешь ремонт, мы отнимем у тебя детей». И отнимает. Но когда человек находится на дне, прийти к нему и еще раз ударить его по голове — это не поможет ему вылезти со дна.

Сергей Медведев: Получается, что человеческий капитал в нынешней системе развития экономики государству не нужен, люди живут из государственной милости.

Александра Суслина: Сейчас говорят, что люди — это новая нефть, и эту нефть просто качают: а что, новые народятся…

Евгений Гонтмахер: Лет десять назад мой друг Саша Аузан рассуждал о вариантах развития России, и там был сценарий под названием «Скучная Россия» (и он, мне кажется, оправдывается). Есть нефть, газ и лес, пока не весь сгорел и не весь вырублен, есть какие-то люди, которые что-то зарабатывают, но их не так много, и есть люди, которые это охраняют: полиция, армия, пограничники, есть обслуживающие системы — банковская, страховая, а все остальные живут на подачках, которые получаются за счет продажи этих природных ресурсов. Все, кто хотел и мог, кто более-менее активен, уехали.

Сергей Медведев: Об этом же говорил и Симон Кордонский: есть труба, при трубе порядка 20 миллионов человек, управляющий класс, госкорпорации, депутаты всех уровней, муниципальные работники, плюс охранники, банки, страховые, а дальше — 120 миллионов людей, которые живут просто из милости.

Евгений Гонтмахер: И эта система, к сожалению, очень устойчива. Тут не надо строить иллюзий. Да, есть какие-то люди, которые протестуют, но там ведь все большая часть их уходит вниз, как было после 2011-12 годов: либо в деградацию, либо уезжают, либо мирятся с этой ситуацией. «Буйных» остается все меньше и меньше. В общем, тишь да гладь, да божья благодать. Мы идем к закупорке, капсулированию ситуации в России. Россия в таком виде может просуществовать очень долго. Другое дело, что она отъезжает не на 5-е, а на 125-е место среди стран по качеству жизни, по качеству экономики, по всему: это просто глубокая периферия.

Сергей Медведев: Со временем все большее количество населения будет выпадать в этот уже не растворяемый осадок бедности?

Евгений Гонтмахер: Нищета, о которой говорил Митя, это, конечно, крайняя нищета, и это 10-15%. Это дальние деревни, малые города, брошенные пожилые люди. Их, может быть, больше и не будет. А основная масса — это будут люди, с которыми внешне все нормально: они одеты, обуты, да, едят макарошки, но с курицей, — но это люди без движения, без энергетики, без желаний.

Сергей Медведев: А вообще, государству нужно бороться с бедностью? Зачем, скажем, Игорю Сечину борьба с бедностью?

Александра Суслина: Ему это вообще ни для чего не нужно. С точки зрения нашего своеобразного государства, имеет смысл, повышая свою внутреннюю полезность, заниматься поддержанием какого-то минимального уровня, чтобы это не вызвало социальных бунтов. То ли это ментальность, то ли рабская психология, но получается так, что люди всем довольны. Они радуются тому, что у барина прекрасная вилла, что у нас хорошие ракеты. И с этой психологией ничего не поделаешь.

Ссылка.

Tags: власть, общество, экономика
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 1 comment